Личный кабинет
Валерий Шагиев о ТВ и жизни вне его
Директор информационной компании «Медиа-центр» и заместитель председателя Общественной палаты Челябинской области Валерий Шагиев с недавнего времени также возглавляет телеканал «Восточный Экспресс». Корреспондент «ЮП» поговорил с Валерием Рубисовичем о будущем телевидения, культуре просмотра, политике и многом другом.
Люди всегда стремятся к новым ощущениям
— Телевидение по-прежнему остается одним из главных медиа в мире. Хотя в 2008-м ходило очень много разговоров о том, что оно переедет в Интернет. Это интегрирование продолжается до сих пор: из российских примеров канал «Дождь». Сколько, по-вашему, пройдет времени, прежде чем Интернет и телевидение сольются в симбиозе?
— Сроки я называть не могу, потому что все меняется с такой скоростью, что очень трудно делать какие-нибудь прогнозы. Ведь еще лет пять назад мы едва ли могли предугадать появление того же ай-пэда. Сейчас основная проблема заключается не в технических средствах, потому что технические средства и средства доставки информации уже иногда опережают наше воображение. Не так давно в Нью-Йорке, например, стали выпускать в качестве опытных образцов электронную газету. Это такая прозрачная штука, которую можно свернуть в трубочку и на которую приходят выписки из газет, которые люди привыкли читать. То есть, когда телевидение и Интернет соединятся, я не знаю, как и не знаю, что это будет собой представлять. Да это и не важно, важно, каким будет контент, наполнение: видеоизображение, фото и текст.
— Сейчас, кстати, все чаще появляются 3D-телевизоры. Возможно, они будут программировать телереальность в трехмерном формате?
— Не исключено. Люди ведь всегда стремятся к каким-то новым ощущениям. Если раньше интерактивное ТВ было чем-то запредельным, то сейчас многие западные каналы передают военные события в онлайн режиме. Повторюсь, самое главное, на мой взгляд, это контент, его производство. Производство того, что было бы интересно людям.
— А что, как вы думаете, сейчас интересно?
— Все говорили, что интересно то, что создается непосредственно сейчас и ты это тут же видишь. Но сейчас наступает некоторое пресыщение так называемыми «онлайн инструментами». Да люди, наконец, получили неприукрашенную картинку, но она в какой-то момент оказалась им скучна. Телевизионные новости были своего рода симулякром — они создавали свою реальность. Многие этой реальностью жили. Эта реальность влияла на общественное мнение. Когда появилась возможность сообщать о событиях без обработки, с помощью различных сервисов Интернета, то информационное пространство стало пресным. С другой стороны традиционное ТВ явно стало проигрывать в оперативности. Как оно будет развиваться дальше, я не знаю. Может быть, 3D его как-то оживит.
Обучающие каналы не будут смотреть
— В одном из интервью вы говорили, что телевидение сейчас отказывается показывать концерты классической музыки, поскольку ориентируется на вкусы массовой публики. А на «Восточном Экспрессе», под вашим руководством, возможно будет увидеть трансляцию таких концертов?
— Здесь все очень просто. Я уже говорил на встрече, когда собирали всех представителей культуры и когда приезжал Игорь Бутман (джазмен и саксофонист. — Прим. авт.). Есть некое заблуждение, что у телевидения имеется миссия: просветительская, воспитательная и так далее. Просвещать и воспитывать, как мне кажется, нужно в школе и на лекциях. Когда же у зрителя 60 каналов на выбор, то здесь все очень просто: создайте хоть 20 назидательных и обучающих каналов, их просто не будут смотреть. И потом, есть же коммерческие законы, по которым телевидение развивается.
Их принцип: получить как можно больше аудитории, чтобы отдать ее рекламодателям. Теперь возникает главный вопрос: сможет ли классический концерт собрать то количество аудитории, которая будет интересна рекламодателю? Нет. В данной ситуации это невозможно, поскольку потребности в обществе на такие концерты сейчас не существует.
— То есть получается примерно следующее: у нас есть, например, канал «Культура», который узкоспециализирован, и где показ таких концертов входит в его концепцию. Однако если канал рассчитан на массовую аудиторию…
— Я даже проще объясню. По независимым телевизионным исследованиям Института Гэллапа, доля канала «Культура» находится где-то в районе единицы. Вот и вся потребность аудитории в таком канале. Понятно, что существовать на эту долю и на эти деньги ни один коммерческий канал не смог бы. Поэтому его дотирует государство. Низкий интерес к каналу «Культура» объясняется тем, что в обществе не сформирована потребность в нем.
— Получается какой-то замкнутый круг…
— Он замкнутый. Но я вижу тут только одно решение. Об этом, кстати, я и в своем выступлении в праймериз говорил: нужно воспитывать общество, чтобы у него была потребность в таком продукте. Нужно воспитывать культуру с детства. Я не за то, чтобы поддерживать нынешнюю громоздкую систему культуры, а за то, чтобы инвестировать в детей. Рано или поздно это начнет давать свои плоды. И тогда, может быть, доля канала «Культура» вырастет. Только так можно разорвать этот замкнутый круг.
— Вы уже обмолвились о своем участии в праймериз. Оправдались ли, к слову, ваши ожидания от него?
— Дело в том, что праймериз в таком виде проводился впервые, поэтому сложно было иметь какие-то ожидания или представления. В самом начале было заявлено, что праймериз станут площадкой для обсуждения новых идей и предложений, в том числе исходящих не только от членов «Единой России», но и от представителей общественных объединений, профсоюзов, и просто всех желающих. Не скрою, существовали сомнения, что будет все именно так, однако пройдя через все 8 площадок, я могу сказать, что это заявление реализовано на 100 процентов. Конечно, с процедурной, технической стороны это был тяжелый процесс для выборщиков — на каждой площадке выступали по 40 человек. Я думаю, что в будущем он будет каким-то образом корректироваться. Однако при этом важно было дать высказаться всем, кто заявился на участие. И это главное.
— И еще, раз мы коснулись политики. Не так давно московский журналист из «Русского репортера» Дмитрий Соколов-Митрич получил предложение от президента Медведева войти в состав Общественной палаты России. Судя по его записям в ЖЖ, он это предложение принял. Говорит, ему любопытно. А вы какими соображениями руководствовались, когда вступали в Общественную палату Челябинской области?
— Вообще, Общественная палата — это структура с консультативным, а не исполнительным потенциалом. Когда главы регионов или президенты создают общественные палаты, то делают это для того, чтобы ориентироваться на мнения их членов. Когда поступило предложение, я посчитал, что мне есть что сказать по определенным ситуациям и событиям, которые происходят у нас в области. Поэтому я там.
Зачем много времени, если оно не окупается?
— «Восточный Экспресс», который вы недавно возглавили, похоже, находится на стадии перемен. Интересно узнать, каких?
— Самая главная перемена заключается в том, что у «Восточного Экспресса» появился сетевой партнер — «Домашний», который входит в холдинг «СТС-Медиа», считающейся самым эффективным и коммерческим холдингом из всех, что сейчас есть в России. Чутко реагирующим на запросы аудитории, с очень профессиональной командой и с очень адекватным и интересным контентом. Это основная перемена, которая коснулась «Восточного Экспресса».
Большинство программ сохранились в эфире, ушли пользующиеся наименьшим спросом у рекламодателей либо у телезрителей. В дальнейшем развитие канала будет связано как раз с этим — жизнеспособность проектов будет определяться двумя причинами: либо их высокой долей телесмотрения, либо их коммерческой успешностью.
— Но все равно партнерство с «Домашним» урезало сетку вещания…
— Действительно, времени стало меньше, но если проанализировать количество собственного времени у канала ОТВ и у канала СТС, то у «Восточного Экспресса» не меньше, а в некоторых случаях даже больше этого времени. Не так давно собственное время тратилось на огромное количество повторов. То есть одна программа выходила в премьерном показе и могла еще повторяться до шести раз. Повторы будут и впредь, но не в таких объемах. Шесть, семь, восемь повторов это бессмысленно.
При детальном анализе ситуации очевидно, что люди больше половины этих повторов не смотрят. Рекламодателям нужно продавать аудиторию, а не повторы. У этих восьми повторов могла быть такая же аудитория, как у одного премьерного показа. Какой смысл иметь такое огромное количество времени, если оно не окупается? В принципе, изобретать здесь ничего не нужно. Если посмотреть на опыт федеральных каналов, то у них обычно расклад такой: один премьерный показ, один или два повтора в другое время: утром либо днем.
— И последний вопрос — о стилистической составляющей канала. У «Телефакта», например, создался имидж ведущих с косами. Любопытно узнать, изменится ли как-то имидж ведущих?
— Стоит заметить, что региональное телевидение все-таки представляет собой некоторый разгул авторского стиля, когда ведущие сами себе подбирают образ. (Смеется.) Я могу сказать, что это пока не первоочередная задача. Мы, конечно, будем совместно решать эти вопросы, но не в плане каких-то конкретных кос, а в плане того, чтобы это был некий стиль, который бы угадывался, имел логику и понятные очертания. Я надеюсь, что у самих ведущих будет потребность как-то меняться, соответствовать стилистике тех программ, в которых они имеют честь работать.
Беседовал Евгений Ткачев
