Личный кабинет
На том самом втором Всероссийском съезде садоводов, который прошел в Челябинске в начале декабря и о котором уже рассказывалось в «Садовнике», кроме остальных известных на всю страну людей автор рубрики познакомилась и с самым почитаемым садоводами —любителями черешни селекционером. Это профессор Маина Каньшина, именно с ее именем связаны те сорта черешни, которые сейчас есть в северных регионах страны. И у нас тоже.
— Маина Владимировна, черешня в Ташкенте — это одно, а вот черешня на Урале — это как?
— Черешня не только для Урала южная, она и для средней-то полосы абсолютно новая культура. И только благодаря селекционным работам, которые проводятся в средней полосе, стало возможным возделывать эту культуру в центральном регионе России. Процесс шел очень длительно, и селекция началась не на пустом месте. Надо сказать, что первым селекционером по черешне был Иван Владимирович Мичурин, потом его последователями были Шубарова в Белоруссии, Тетерев в Ленинграде, Веньяминов в Мичуринске и несколько южнее (Россошанская опытная станция). Ведь раньше границы черешни, как промышленной культуры, проходили по линии Чернигов—Астрахань, а это совершенный юг Украины и Российской Федерации. Потом, благодаря селекционным работам, проводимым в Киеве и Донецке Тараненко, черешня продвинулась несколько севернее.
— Ну вот как это возможно?
— Благодаря селекционной работе.
— Подвои какие-то суперзимо-стойкие?
— Нет, подвои нужны уже тогда, когда сорт создан. Они — это просто элемент размножения, а селекция базируется на очень многих положениях. В частности, я считаю, что в средней полосе был взят исходный материал более северных экотипов, и сорта Белоруссии, Ленинграда и выведенные Веньяминовым были достаточно зимостойкими, чтобы расти и немного (!) плодоносить в северных условиях. Когда я стала работать в Воронеже, а потом в Брянске, именно вот эти наиболее зимостойкие экотипы и были взяты в скрещивание. Процесс, надо сказать, очень сложный, и длится он не один год.
Черешней я занимаюсь с 1962 года, первые сорта появились только в 1993 году. Все это время шла постепенная селекция, формы улучшались и улучшались, и вот в Брянске и был выделен ряд форм, в 1993 году они стали первыми районированными сортами. Это «Ипуть», «брянская розовая» и «Ревна». Потом пошли и другие — раз в год или в два мы сдаем на госиспытания новые сорта. Если они оправдывают возложенные на них надежды, становятся районированными. Это и есть селекционный процесс. Сегодня появился новый сорт, который назван в честь мецената, очень помогающего садоводству, — это Владимир Васильевич Степанов, и называться сорт будет «подарок Степанову».
Я не думаю, что черешня будет здесь широко распространенной культурой, и не строю иллюзий, что на Урале она займет большую нишу. Но если кто-то займется — дай Бог. Конечно, только в дополнение, а не взамен вишни, о конкуренции речи даже не идет. Сказать можно именно о дополнении к вишне.
— Что можно говорить о вкусе?
— Наша северная черешня (я бы именно так сказала), например сорта «Ревна», «теремошка», по вкусу совершенно не уступают южным, даже вкуснее.
— Такие же сочные и сладкие?
— Таких крупных, как на юге, по 10—15 граммов, у нас нет. Плоды по 6—8 граммов, но по вкусу гораздо лучше южных, гармоничнее. Обычная черешня — она приторная, а здесь гармоничное сочетание сахара и кислоты. Кислота идет от вишни, а сахара вырабатываются и накапливаются благодаря условиям северной зоны (солнечное излучение).
О практической стороне выращивания черешни в нашем регионе рассказал председатель областного клуба садоводов-опытников Юрий Щибриков (именно он и познакомил на съезде с известным селекционером, они давно сотрудничают):
— Сорта Маины Владимировны действительно зимостойкие! Но наш регион расположен так, что есть теплые сады, и есть более холодные. Например, в садах вокруг Челябинска черешня есть, в Коркино, Копейске она уже подмерзает, дальше — еще сложнее. «Ипуть», «бряночка» — очень хорошие сорта, «память Астахова» и «любимица Астахова» — просто отличные (два последних есть у меня в саду). Знаю, что последние ее гибриды, которые еще не прошли госкомиссию, получились очень удачными, но пока она не имеет права их распространять.
Для Челябинска это культура новая, но не безнадежная. Даже после прошлогодней суровой зимы саженцы остались живы, некоторые подмерзли, но это все равно очень хороший результат для черешни. Можно сказать, что в России по черешне равных Каньшиной селекционеров на сегодняшнее время нет.
P.S. От себя добавлю, что родственники с юга регулярно балуют трехлитровками варенья из черешни. И вот самое интересное во всем — реакция на это варенье. На вкус-запах-цвет это действительно достаточно приторно, а именно сам факт: черешня. Как садовая культура она вызывает сейчас примерно тот же эффект: интересна не из-за особенных вкусовых или лечебных или каких-то еще качеств, а именно как идея. Конечно, это касается Урала. И если раньше экзотикой считался виноград на участке, потом грецкий орех, алыча, абрикос, то сейчас очередь как раз черешни. Или нет?
