Челябинский боец рассказал об освобождении Коптево и Новоторецкого в ДНР
12 августа 2025
Фото: Дмитрий Куткин («Вечерний Челябинск»)
Штурмовик несколько дней провел в тылу противника, выполняя боевое задание.
Вооруженные силы России продолжают успешно наступать на Красноармейском направлении специальной военной операции. Штурмовик 1-й мотострелковой бригады 51-й армии Роман Янушкевич в интервью телеграм-каналу «Герои спецоперации Z» рассказал, с какими трудностями столкнулся при штурме Коптево и Новоторецкого в Донецкой Народной Республике. По словам южноуральца, ВСУ с помощью дронов пытались сорвать штурм населенных пунктов.
— Нас кошмарил украинский беспилотник «Баба-Яга». По нашему погребу они отработали три раза. Один из прилетов был на крышу. Хорошо, что она крепкой оказалась, выдержала удар. Прилетело еще и в соседний дом. Он сразу сложился. Мы не паниковали, не разбегались, не меняли позицию. Продолжали работать. Да, было страшно, но собрали волю в кулак и продолжали выполнять задачи, — вспоминает Роман.
Он отметил, что вооружение у противника натовское. Во время боев наши военные постоянно слышали в эфире иностранную речь.
— В их блиндажах находили даже обогреватели для ног! — восклицает участник спецоперации.
Штурмовик получил осколочные ранения, но, превозмогая боль, выполнял боевое задание в ходе освобождения Новоторецкого.
— Несколько дней был в тылу противника. Прятался в кустах от дронов. Выключал рацию, чтобы беспилотники не реагировали на радиопомехи. На задание взял с собой обезболивающее. Думал, если начну его часто применять, то в нужный момент лекарства может не хватить, — рассказывает Роман Янушкевич. — Подползал к кромке лесополосы, смотрел на поле, подбирал варианты выхода из тыла противника. Ждал дождь или ливень. Понимал, что звать ребят на помощь не нужно — это довольно опасно. На третий день ранним утром вколол себе обезболивающее и двинулся к нашим.
По словам Романа, осознание, что такое война, к нему пришло на первом боевом задании. Тогда он чудом остался жив.
— Когда мы зашли в деревню, украинский FPV-дрон пролетел, наверное, на расстоянии меньше полуметра над моей головой и упал прямо под ноги. Слава богу, не разорвался. В тот момент я понял, что такое война, — вспоминает Роман. — Я служил в армии, меня воспитывали на рассказах дедов — участников Великой Отечественной войны. Когда началась спецоперация, стало интересно, готово ли к ней наше поколение? Оказавшись на фронте, почувствовал плечо товарища. Тогда понял: наши парни — герои.
— Нас кошмарил украинский беспилотник «Баба-Яга». По нашему погребу они отработали три раза. Один из прилетов был на крышу. Хорошо, что она крепкой оказалась, выдержала удар. Прилетело еще и в соседний дом. Он сразу сложился. Мы не паниковали, не разбегались, не меняли позицию. Продолжали работать. Да, было страшно, но собрали волю в кулак и продолжали выполнять задачи, — вспоминает Роман.
Он отметил, что вооружение у противника натовское. Во время боев наши военные постоянно слышали в эфире иностранную речь.
— В их блиндажах находили даже обогреватели для ног! — восклицает участник спецоперации.
Штурмовик получил осколочные ранения, но, превозмогая боль, выполнял боевое задание в ходе освобождения Новоторецкого.
— Несколько дней был в тылу противника. Прятался в кустах от дронов. Выключал рацию, чтобы беспилотники не реагировали на радиопомехи. На задание взял с собой обезболивающее. Думал, если начну его часто применять, то в нужный момент лекарства может не хватить, — рассказывает Роман Янушкевич. — Подползал к кромке лесополосы, смотрел на поле, подбирал варианты выхода из тыла противника. Ждал дождь или ливень. Понимал, что звать ребят на помощь не нужно — это довольно опасно. На третий день ранним утром вколол себе обезболивающее и двинулся к нашим.
По словам Романа, осознание, что такое война, к нему пришло на первом боевом задании. Тогда он чудом остался жив.
— Когда мы зашли в деревню, украинский FPV-дрон пролетел, наверное, на расстоянии меньше полуметра над моей головой и упал прямо под ноги. Слава богу, не разорвался. В тот момент я понял, что такое война, — вспоминает Роман. — Я служил в армии, меня воспитывали на рассказах дедов — участников Великой Отечественной войны. Когда началась спецоперация, стало интересно, готово ли к ней наше поколение? Оказавшись на фронте, почувствовал плечо товарища. Тогда понял: наши парни — герои.
Поделиться
