«Поезд Победы». События Великой Отечественной войны в интерактиве
1 августа 2025
Фото: Юлия Боровикова («Вечерний Челябинск»)
Посетители признаются — мультимедийная экспозиция впечатляет.
«Поезд Победы» — это первая в мире интерактивная выставка на колесах. Передвижной музей путешествует по городам нашей страны и рассказывает о событиях Великой Отечественной войны. Проект был запущен в 2020 году. Его инициаторы — Министерство науки и высшего образования России, ОАО «РЖД» и общественное движение «Волонтеры Победы». Над созданием экспозиции работали художники из Санкт-Петербурга. В минувший четверг «Поезд Победы» прибыл в Челябинск. Подробности — в репортаже «Южноуральской панорамы».
«Умираем, но не сдаемся»
«Поезд Победы», словно поезд времени, переносит из мирной жизни в военную.
Волонтеры раздают посетителям наушники и проводят инструктаж:
— Если услышите в них стук колес, значит, переходим в другой вагон. Движемся организованно, — командует девушка.
Группа идет за волонтером. В наушниках проникновенный женский голос аудиогида повествует:
— Меня зовут Лидия. Я родилась в Тамбове в 1922 году в семье машиниста. Конечно же, я хотела стать, как папа, машинистом паровоза. Но он был категорически против. Говорил: «Не женское это дело, Лидка, поезда водить». Однако я настояла на своем, поступила на курсы помощников машинистов в белорусском городе Гомеле и окончила их с отличием. В свой первый рейс я отправилась весной 1941 года…
Проходим мимо восковых скульптур. Вот семья с детьми, веселые матросы, задумчивый мужчина с баяном...
— Жители приграничных городов узнали о начале войны не по радио, — продолжает аудиогид Лидия. — Опережая радиосигнал огнем и взрывами, криками и стонами, смертью, разрушением в то роковое воскресное утро, война известила о себе сама. Самыми первыми вражеский удар приняли наши пограничники.
В следующем вагоне «оживает» оборона Брестской крепости. Восковые фигуры солдат выглядят реалистично. Атмосферу создают звуки канонады. На больших и маленьких видеоэкранах — батальные сцены. На кирпичной стене вижу надпись: «Умираем, но не сдаемся».
— Они сражались по велению собственного сердца и совести вопреки всему — без связи, без воды, без продуктов и медикаментов, не зная, что происходит за стенами крепости, — рассказывает Лидия. — Оставшиеся в живых бойцы, объединяясь в небольшие группы в разных частях крепости, еще неделю оказывали врагу ожесточенное сопротивление, не прекращая попыток осуществить прорыв из цитадели.
И страшно, и больно
Сердце сжимается. Горько видеть образы изможденных военнопленных. Их головы и руки окровавлены, а в глазах — боль.
— Однажды на одном из железнодорожных узлов наш паровоз забрал страшный состав. Сказали, на дезинфекцию. Комендант посоветовал не подходить близко. Вагоны буквально кишели вшами и другими паразитами. Они переносили тиф, и мы все очень боялись заболеть. Эшелон этот состоял из товарных вагонов, а они совсем не предназначены для людей, — читает воспоминания Лидии аудиогид. — В таких немцы перевозили миллионы наших военнопленных. Их загоняли в эти холодные вагоны, как скот. От тесноты даже сесть было невозможно. В дороге почти не кормили и не поили. Умирали там сотнями, а бывало и так, что до лагеря добирались лишь единицы. Советских пленных отправляли на самые тяжелые работы — в шахты, рудники, на химическое производство, а то и вовсе использовали для медицинских экспериментов. Немногие выживали в этих трудовых лагерях. Когда партия рабочих умирала, приходил новый эшелон с людьми. Конвейер смерти.
Останавливаемся в санитарном вагоне.
— Тяжело было видеть красивых молодых солдат, искалеченных войной. Многие из них вообще не хотели жить. «Зачем? Кому я такой нужен?», — помню, как кричал врачу двадцатилетний парень. Ему ампутировали руки и ноги. Мы с медсестрами успокаивали его, как могли. Хотя что тут скажешь, чем успокоишь? Часто бывало, что выбрасывались такие на полном ходу. Невыносимо было все это видеть, — повествует аудиогид.
В «Поезде Победы» есть экспозиция, посвященная науке. Микробиолог Зинаида Ермольева держит в руках колбу. Вместе с московскими врачами она испытывала новые препараты. Пенициллин — первый советский антибиотик. Благодаря ему в конце войны почти не было ампутаций и заражений крови. В другом конце вагона над бумагами и книгами склоняется Игорь Курчатов — отец советского атомного проекта.
— Знаете, — снимает наушники Элина Теплякова из Челябинска, — я под впечатлением. Трогает до глубины души. Такое ощущение, что я не зрительница, а участница всех этих событий.
Молодежь толпится возле сенсорных панелей. Прикоснувшись к экрану, можно увидеть уникальные архивные документы и кинохронику тех лет.
— Я ждал «Поезд Победы». Если честно, эмоции переполняют. Даже говорить трудно, — замечает белобрысый парень.
Для многих увиденное и услышанное — настоящее открытие. Вместе со школьниками с экспозицией знакомится министр молодежи Челябинской области Юрий Болдырев.
— Мой дедушка прошел всю войну. Это не должно повториться. Мне кажется, если бы «Поезд Победы» ездил не только по нашим городам, но и бывал в странах бывшего Советского Союза, то тех событий, которые мы сегодня переживаем, не было бы, — считает Юрий.
Зверства фашистов
Экскурсия продолжается. Теперь слушаем рассказ об освобождении Белоруссии от гитлеровцев в 1944-м:
— Ключ к победе Рокоссовский нашел в моих родных местах, в Гомельской области, в наших непроходимых болотах. Немцы удара оттуда совсем не ожидали. Пройти там было нельзя. Солдаты из местных рассказали генералу, как до войны ходили через топи при помощи специальных лыж из ивовых прутьев. Чтобы бойцам наступать было сподручнее, генерал приказал сделать войскам эти мокроступы. Пробили наши вражескую оборону и взяли немцев в окружение. Константин Константинович Рокоссовский после этого стал маршалом.
А в этом вагоне узнаем правду о Японской войне. На совести так называемых самураев — сотни тысяч жизней невинно убиенных людей.
— Особенно жуткими были слухи о медицинских экспериментах над живыми людьми. Жертвами этих бесчеловечных опытов становились все без исключения: китайцы, корейцы, русские. На несчастных военнопленных испытывали действия разных ядов и газов, их заражали смертельными болезнями, заживо препарировали, — говорит аудиогид. — Эти ученые и биологи, а на самом деле садисты и убийцы, изучали страдания людей, потому что хотели применить новое оружие — специальные бомбы с чумными блохами внутри, чтобы к разрушениям на нашей земле добавилась ужасающая эпидемия. Страшно представить, сколько еще людей мы бы потеряли, если бы их планы осуществились.
Наконец, долгожданная и желанная победа в Великой Отечественной. 9 мая машинист паровоза Лидия встретила в освобожденной Европе:
— Я хорошо помню тот день, когда мы повели домой наш последний военный состав. Стоял солнечный майский день. За окном все утопало в цветах. Когда отгремели победные залпы в воздух, наступила растерянность. Мы ехали начинать новую жизнь. Какой она будет? Как сложится? Не знал никто. Перед нами лежала наша бескрайняя родина, вся в руинах, почерневшая от пожаров. Впереди были годы восстановления страны…
Следующую остановку «Поезд Победы» сделает в Кургане.
«Умираем, но не сдаемся»
«Поезд Победы», словно поезд времени, переносит из мирной жизни в военную.
Волонтеры раздают посетителям наушники и проводят инструктаж:
— Если услышите в них стук колес, значит, переходим в другой вагон. Движемся организованно, — командует девушка.
Группа идет за волонтером. В наушниках проникновенный женский голос аудиогида повествует:
— Меня зовут Лидия. Я родилась в Тамбове в 1922 году в семье машиниста. Конечно же, я хотела стать, как папа, машинистом паровоза. Но он был категорически против. Говорил: «Не женское это дело, Лидка, поезда водить». Однако я настояла на своем, поступила на курсы помощников машинистов в белорусском городе Гомеле и окончила их с отличием. В свой первый рейс я отправилась весной 1941 года…
Проходим мимо восковых скульптур. Вот семья с детьми, веселые матросы, задумчивый мужчина с баяном...
— Жители приграничных городов узнали о начале войны не по радио, — продолжает аудиогид Лидия. — Опережая радиосигнал огнем и взрывами, криками и стонами, смертью, разрушением в то роковое воскресное утро, война известила о себе сама. Самыми первыми вражеский удар приняли наши пограничники.
В следующем вагоне «оживает» оборона Брестской крепости. Восковые фигуры солдат выглядят реалистично. Атмосферу создают звуки канонады. На больших и маленьких видеоэкранах — батальные сцены. На кирпичной стене вижу надпись: «Умираем, но не сдаемся».
— Они сражались по велению собственного сердца и совести вопреки всему — без связи, без воды, без продуктов и медикаментов, не зная, что происходит за стенами крепости, — рассказывает Лидия. — Оставшиеся в живых бойцы, объединяясь в небольшие группы в разных частях крепости, еще неделю оказывали врагу ожесточенное сопротивление, не прекращая попыток осуществить прорыв из цитадели.
И страшно, и больно
Сердце сжимается. Горько видеть образы изможденных военнопленных. Их головы и руки окровавлены, а в глазах — боль.
— Однажды на одном из железнодорожных узлов наш паровоз забрал страшный состав. Сказали, на дезинфекцию. Комендант посоветовал не подходить близко. Вагоны буквально кишели вшами и другими паразитами. Они переносили тиф, и мы все очень боялись заболеть. Эшелон этот состоял из товарных вагонов, а они совсем не предназначены для людей, — читает воспоминания Лидии аудиогид. — В таких немцы перевозили миллионы наших военнопленных. Их загоняли в эти холодные вагоны, как скот. От тесноты даже сесть было невозможно. В дороге почти не кормили и не поили. Умирали там сотнями, а бывало и так, что до лагеря добирались лишь единицы. Советских пленных отправляли на самые тяжелые работы — в шахты, рудники, на химическое производство, а то и вовсе использовали для медицинских экспериментов. Немногие выживали в этих трудовых лагерях. Когда партия рабочих умирала, приходил новый эшелон с людьми. Конвейер смерти.
Останавливаемся в санитарном вагоне.
— Тяжело было видеть красивых молодых солдат, искалеченных войной. Многие из них вообще не хотели жить. «Зачем? Кому я такой нужен?», — помню, как кричал врачу двадцатилетний парень. Ему ампутировали руки и ноги. Мы с медсестрами успокаивали его, как могли. Хотя что тут скажешь, чем успокоишь? Часто бывало, что выбрасывались такие на полном ходу. Невыносимо было все это видеть, — повествует аудиогид.
В «Поезде Победы» есть экспозиция, посвященная науке. Микробиолог Зинаида Ермольева держит в руках колбу. Вместе с московскими врачами она испытывала новые препараты. Пенициллин — первый советский антибиотик. Благодаря ему в конце войны почти не было ампутаций и заражений крови. В другом конце вагона над бумагами и книгами склоняется Игорь Курчатов — отец советского атомного проекта.
— Знаете, — снимает наушники Элина Теплякова из Челябинска, — я под впечатлением. Трогает до глубины души. Такое ощущение, что я не зрительница, а участница всех этих событий.
Молодежь толпится возле сенсорных панелей. Прикоснувшись к экрану, можно увидеть уникальные архивные документы и кинохронику тех лет.
— Я ждал «Поезд Победы». Если честно, эмоции переполняют. Даже говорить трудно, — замечает белобрысый парень.
Для многих увиденное и услышанное — настоящее открытие. Вместе со школьниками с экспозицией знакомится министр молодежи Челябинской области Юрий Болдырев.
— Мой дедушка прошел всю войну. Это не должно повториться. Мне кажется, если бы «Поезд Победы» ездил не только по нашим городам, но и бывал в странах бывшего Советского Союза, то тех событий, которые мы сегодня переживаем, не было бы, — считает Юрий.
Зверства фашистов
Экскурсия продолжается. Теперь слушаем рассказ об освобождении Белоруссии от гитлеровцев в 1944-м:
— Ключ к победе Рокоссовский нашел в моих родных местах, в Гомельской области, в наших непроходимых болотах. Немцы удара оттуда совсем не ожидали. Пройти там было нельзя. Солдаты из местных рассказали генералу, как до войны ходили через топи при помощи специальных лыж из ивовых прутьев. Чтобы бойцам наступать было сподручнее, генерал приказал сделать войскам эти мокроступы. Пробили наши вражескую оборону и взяли немцев в окружение. Константин Константинович Рокоссовский после этого стал маршалом.
А в этом вагоне узнаем правду о Японской войне. На совести так называемых самураев — сотни тысяч жизней невинно убиенных людей.
— Особенно жуткими были слухи о медицинских экспериментах над живыми людьми. Жертвами этих бесчеловечных опытов становились все без исключения: китайцы, корейцы, русские. На несчастных военнопленных испытывали действия разных ядов и газов, их заражали смертельными болезнями, заживо препарировали, — говорит аудиогид. — Эти ученые и биологи, а на самом деле садисты и убийцы, изучали страдания людей, потому что хотели применить новое оружие — специальные бомбы с чумными блохами внутри, чтобы к разрушениям на нашей земле добавилась ужасающая эпидемия. Страшно представить, сколько еще людей мы бы потеряли, если бы их планы осуществились.
Наконец, долгожданная и желанная победа в Великой Отечественной. 9 мая машинист паровоза Лидия встретила в освобожденной Европе:
— Я хорошо помню тот день, когда мы повели домой наш последний военный состав. Стоял солнечный майский день. За окном все утопало в цветах. Когда отгремели победные залпы в воздух, наступила растерянность. Мы ехали начинать новую жизнь. Какой она будет? Как сложится? Не знал никто. Перед нами лежала наша бескрайняя родина, вся в руинах, почерневшая от пожаров. Впереди были годы восстановления страны…
Следующую остановку «Поезд Победы» сделает в Кургане.
Поделиться
